Это потому что метафизические вопросы таковы, что от ответа на них не зависит ни одно решение ни в одной из жизненных ситуаций. Это отличает их от полезных теорий.
В примере с усаживанием на скамейку метафизические вопросы про солипсизм или материализм не помогут нам решить, можно ли смело садиться или лучше на всякий случай потрогать рукой: а не иллюзия ли это? А полезные теории очень даже помогают. Если, конечно, применять их к месту.
Напротив, гипотезы об объективном положении дел, сильно влияют на принимаемые нами решения и на наше отношение к миру и жизни, для аксиологических вопросов важны онтологические вопросы. Ну например, если мы придерживаемся мнения что нельзя причинять страдания, то от вопроса о том чувствует ли существо боль сильно зависят наши решения в отношении этого существа. Причем как правило под болью то имеют ввиду феноменальную боль, а не просто поведенческие реакции. Ну вот представим что человек парализован так что не может управлять мышцами, говорить не может, можно еще представить что у него повреждены зоны ответственные за вербальное мышление и он теперь не может ни понимать речь ни мыслить словами. Если послушать вас, то кто то кто вас воспримет в серьез, может подумать что у такого парализованного человека нет боли, так как если вас послушать то можно подумать что боль это когда кто то говорит что ему больно, или ведет себя так словно ему больно. И вот какой то врач может принять в серьез поведенческие критерии боли, и решить что над парализованным пациентом можно проводить хирургические манипуляции без наркоза.
Причем если я не ошибаюсь, нечто подобное бывало на самом деле. Я не раз слышал что раньше, до 80х годов бывали случаи когда над младенцами проводили операции без анестезии, и исходили они из каких то теорий по которым у них получалось что младенцы еще не способны чувствовать боль, что у них есть только несознательные реакции. Но я не изучал эту тему, потому точно в деталях рассказать не могу.
Онтологические представления в целом могут сильно влиять на мотивы человека. Ну банальный пример вопросы религии, веры, они колоссальным образом отражается на истории человечества, если не учитывать мировоззренческие онтологические убеждения людей, то и историю будет понять сложно. В психологии и психотерапии важные онтологические убеждения людей, они влияют и на поведение людей и на их эмоциональное состояние. Скажем человек ищущий Бога но не верующий, может быть несчастным и испытывать экзистенциальный кризис, но какие то события которые поменяли его убеждения и дали ему уверенность в существовании Бога, могут сильно поменять жизнь и психологическое самочувствие того человека.
Онтологические представления могут и направлять и мотивировать те же научные исследования, могут влиять на смену научных парадигм выражаясь языком Куна. Тут процитирую Джона Полкинхорна:
Цитата:
"Минималистская точка зрения на науку такова: наука есть просто средство «сохранения видимости», другими словами, есть средство описания результатов экспериментов независимо от того, имеют ли эти результаты отношение к миру «как он есть на самом деле». Эту точку зрения и высказал кардинал Беллармин в диалоге с Галилеем, и того же мнения придерживаются современные эмпиристы, например Бас ван Фраассен, который считает, что мы должны принимать науку, но не должны ей верить. Радикальный пример такого подхода демонстрируется представителями венской школы позитивизма, которые считают, что наука имеет дело всего лишь с корреляцией основных чувственных ощущений. Проблема с таким минималистским подходом состоит в том, что в рамках него не удается найти достаточную мотивацию научной работы или он просто дает неверную оценку научного опыта. Многие научные данные получаются в очень сложных искусственно создаваемых условиях. Работа по созданию таких условий, требующая огромного количества времени, способностей и денег, оказывается довольно бессмысленной, если она не изучает действительные физические реалии. Мы уже говорили, что научный поиск полон неожиданностей, поскольку физическая реальность часто противоречит нашим ожиданиям. Основное чувство, сопровождающее этот поиск, — это, так сказать, «вкус открытия».Учеными движет желание понять, а не просто установить соотношение или сделать точный прогноз. Философам, описывающим науку, можно порекомендовать сопоставить свои теории с живой научной практикой....
....Прежде, чем пытаться сформулировать символ веры ученого, необходимо выложить на стол метафизические карты. Они могут быть довольно мелкими, без тузов и картинок, однако честность требует, чтобы они были показаны. Некоторые игроки могут вообще не признавать у себя наличие таких карт, но всякий, говорящий вам, что «космос это все, что существует, существовало или будет существовать» и отождествляющий космос с тем, что под ним подразумевают ученые-космологи, уже делает метафизическое заявление. Даже выдающийся биохимик, который говорит: «Все может быть сведено к простым, банальным механическим взаимодействиям. Клетка является машиной. Животное является машиной. Человек является машиной», явно выходит за пределы (meta) своей биохимии. Все дело в том, что никто из нас не может обойтись без метафизики. Нам необходимо сформировать мировоззрение, выходящее за пределы каждой отдельной научной дисциплины. Ученым свойственно с ужасом отшатываться от идей, которые, как им кажется, являются слишком общими и слишком туманными, и тут же убеждать всех нас в том, что открытия в их собственной области знания являются всеобщими законами. Джеффри Уикен как-то заметил: «Хотя ученые официально тщательно избегают метафизики, они ее нежно любят и занимаются ею в популярных книжках, как только им представится такая возможность». И если уж мы так или иначе оказываемся метафизиками, давайте хотя бы откровенно в этом признаемся."
Ну и в бытовой жизни, вы принимаете решения и формируете отношения к происходящему всегда опираясь на очень ограниченные данные не охватывающие все что происходит, и вам постоянно приходится опираться на абдуктивные гипотезы о том что же в действительности происходит. Человек может быть обижен на другого человека, будучи убежден в том что тот человек совершил А, но самое мнение о том что он совершил А, будет как то аргументированной абдукторной гипотезой об реальном положении дел которое достоверно человеку не известно. Аналогично и в судах может происходить.
И когда Вы спрашиваете сами себя: "А действительно ли я вижу красную розу?" - то Вы почему-то абсолютно доверяете ответу "да". Но если Вы спрашиваете компьютер: "А действительно ли ты видишь красную розу?" - то его ответу "да" Вы почему-то совершенно не доверяете.
Я не задаю себе вопросы о том существую ли я, мне это не зачем, потому что такой вопрос и не стоит, так как мое существование это непосредственная данность с которой я существую, это факт, а не какая то гипотеза. А вот наличие субъективного опыта у компьютера, это уже из области гипотез.