Если бы «ментальное» регулярно, заметно и единообразно нарушало законы физики, законы физики были бы обновлены так, что наблюдаемые действия «ментального» были бы в согласии с обновлёнными законами физики.
Ну да, но именно что если бы. На всякий случай прокомментирую нюансы этой мысли.
Ну во первых это рассуждение можно разделить на практическое и идеализированное рассмотрение. В практическом рассмотрении, если законы физики нарушались бы ментальной каузальностью то мы этого просто не заметили бы. Они может и нарушаются прям сейчас, но что бы это засечь нам нужно весь мозг увидеть в таком сильном пространственном и временном разрешении что бы видеть его как совокупность атомов и иметь возможность рассчитать то как согласно законам физики эта совокупность должна будет себя вести в дальнейшем. С практической точки зрения задача не посильная.
Если говорить об идеализированной ситуации когда мы имеем выше описанные возможности, то все зависит от того с каким ментальным мы будет иметь дело, все зависит от того как это ментальное будет работать. Если иметь ввиду какое то простое ментальное типа как в панпсихизме то да, законы физики просто обновились бы. Ну собственно панпсихизм предполагает что и уже известные законы физики реализуются ментальной каузальностью. Но может быть и такое ментальное, которое будет создавать аномалии не пригодные для исследования методами физики.
Ну во первых каузальность и законы физики это разные понятия, может быть каузальность но не быть того что называют законами физики. Законы фундаментальной физики это наборы общих, регулярно повторяющихся универсальных правил, а не ситуативных и индивидуальных причино следственных отношений между событиями. Ну для иллюстрации этого момента, для простоты забудем про вероятностные закономерности как в квантовой механики и представим что мы в мире строго детерминизма. И вот допустим у нас есть какие ни будь лягушки которых нам запрещено рассматривать как совокупность атомов, а можно рассматривать только как целые неделимы объекты. При таком рассмотрении, в силу строго детерминизма лягушка из состояния А должна с необходимостью перейти в состояние Б, и наблюдя за этим приходом мы понимаем что это произошло с необходимостью но при этом мы в этой ситуации не наблюдаем закона, мы наблюдаем ситуативную необходимость а не общее правило. Все дело в том что лягушки это сложные объекты, и каждая лягушка, как и каждый человек, уникальна, все лягушки отличаются друг от друга, и каждое их состояние так же сложное и уникальное. Из за этого, когда мы рассматриваем лягушку только как нередуцируемое и уникальное целое и наблюдаем ее переход из состояния А в состояние Б мы наблюдаем так же нечто уникальное, ситуативное, индивидуальное, неповторимое, а не какое то общее правило, не закон, зная который мы могли бы им пользоваться в разных ситуациях, работая с разными объектами такого типа на который этот закон распространяется.
И вот если ментальное действующее в нашем мире будет холистическим в сильном смысле, если оно будет не упрощаемо сложным в сильном смысле, то с ним получится ситуация на подобии как с лягушками. Ну по сути примерно этим отличаются гипотезы о каких ни будь например языческих духах и научные гипотезы об атомах. И то и другое предполагается ненаблюдаемым невооруженным глазом, и то и другое служит для объяснения события происходящих с наблюдаемыми нами объектами. Но физические элементарные объекты, они просты, малы, описываются не большим числом переменных, подчиняются общим законам, их свойства предположительно только реляционные, из за чего они становятся пригодными объектами для наблюдения в физическом, эмпирически экспериментальном смысле. Гипотезы о частицах дают математически точные и поддающиеся экспериментальной проверки предсказания. Какие ни будь духи леса, или других ветра и грозы, это такое теоретические объекты которые сложны, проявляют себя так же косвенным образом через смену погоды, урожая и не урожая, но они сложны и не поддаются точному прогнозированию и экспериментальной проверке. Духи, даже если бы у них не было бы феноменального опыта, а все их существование определялось бы только их реляционными проявлениями, их поведением и взаимодействием с физической природой, они бы все равно были бы неуловимыми для методов физики, не пригодными для исследования сверхъестественными объектами, как собственно и жизненные силы витализма (ну по сути жизненные силы витализма это и есть вариация таких сильно холстинных, нередуцируемых к физическим фактам, "духов").
Если бы скажем наш мир был бы в сильной мере нелокальным, если бы в нем толком не работал бы принцип локальности, то он так же в целом был бы непознаваем методами физики, он бы действовал бы как одно целом и каждое событие в мире было бы уникальным и потому не поддающимся тем описаниям которые мы называем законами. Но в нашем мире есть работающие локальные законы, которым подчиняются малые части нашего мира, наш физический мир делится на простые и в локальном смысле независимые части, которые поддаются экспериментальному изучению методами физики.
Ну и еще очевидно что если ментальное обладает сильной либертарианской свободой воли, то оно так же будет не описуемо законами физики. В лучше случае это будут сильно не точные статистические закономерности не дотягивающие до строгих стандартов физики, в лучше случае это были бы самые общие закономерности на подобии тех что мы получаем в психологии.