Теория содержит все следствия своей аксиоматики, и только их.
К чему это было сказано? Вы (сославшись на определение слова "допускать" из словаря) сказали, что аксиомы должны скорее "предполагаться", чем "приниматься". Я ответил, что предположения - это то, что находится в антецеденте импликации, так что им не нужно быть аксиомами, ибо импликация может быть результатом
условного вывода.
Следование эквивалентно общезначимости именно импликации с аксиоматикой в антецеденте.
Кстати, не всякую аксиоматику можно засунуть в антецедент импликации.
Ваше утверждение противоречит определениям на стр. 145 и стр. 237 в Дж. Булос, Р. Джеффри, Вычислимость и логика, М., Мир, 1984
Там правда термин звучит "аксиоматизируемая", а не "аксиоматическая".
На странице 145 - абстрактное определение теории "вообще", т.е. в некотором семантическом смысле. Большинство таких теорий абсолютно бесполезны, ибо не могут быть разумным образом аксиоматизированы. А это значит, что нет способа передать такую теорию от учителя к ученику - они никогда не договорятся о том, какие предложения языка принадлежат теории, а какие нет. Можете смело считать, что такие теории существуют только в воображении математиков, примерно как сферические кони в вакууме.
Реальное знание состоит из аксиоматических теорий. Булос говорит о них на стр. 237. Но он заходит со стороны семантики, а поэтому говорит об "аксиоматизируемых" теориях - как о таких теориях, которые состоят из следствий разрешимой аксиоматики. То, что он говорит о следовании (семантическом понятии), а не о выводимости (синтаксическом понятии), объясняется тем, что он в целом следует семантическому подходу. В данном случае разница не очень существенна, но всё же правильнее было бы говорить именно о выводимости, ибо могут быть такие следствия (импликации), которые в данной аксиоматике недоказуемы. Во всяком случае, вся
Proof theory - именно про выводимость, а не про логическое следование.